2016 год, №8

Содержание выпуска
Матвиишина Ж.Н., Пархоменко А.Г., Разумов С.Н., Лысенко С.Д., Тельнов Н.П., Синика В.С.
Стр. 11 — 45
В 2013 г. приднестровско-украинской археологической экспедицией были продолжены исследования курганов эпохи бронзы, расположенных около с. Глиное Слободзейского района Приднестровской Молдавской республики. В ходе работ были раскопаны два кургана эпохи бронзы, содержавшие 46 погребений, 44 из которых были совершены в эпоху бронзы (конец IV-II тыс. до н.э.), и только два - в средневековье (X-XIII вв.). Обнаружены 22 погребения ямной культурной общности эпохи ранней бронзы, 12 погребений катакомбной культурной общности, 10 погребений эпохи поздней бронзы. В кургане 1 группы «ДОТ» и кургане 1 группы «Сад» были проведены палеопедологические исследования погребенных почв, законсервированных насыпями этих курганов. Реконструкция палеообстановок времени сооружения кургана предполагала сравнение почвенных профилей прошлого с полными профилями современных почв соответствующего геоморфологического уровня. Всего было описано шесть расчисток - по две расчистки подкурганных почв и одной фоновой для каждого кургана. Современная почва короткопрофильная, с интенсивной переработкой материала лугово-степной растительностью, измененная почвообразованием, может быть определена как обыкновенный чернозем, что подтверждается как характером профиля, так и чертами микроморфологии, отличается довольно резким переходом гумусированной массы к корбонатному иллювию. Погребенная почва раннего бронзового века во всех четырех расчистках по сравнению с фоновой имеет более темноокрашенный гумусовый горизонт, более четкие переходы между гумусовыми горизонтами. Условия раннего бронзового века были несколько более влажными по сравнению с современными. Территория находилась в пределах степной зоны с некоторым (но не значительным перемещением границ зон к северу). Условия были сухостепными, о чем свидетельствует карбонатность профилей, высокое положение карбонатных иллювиев.
Рассмотрены модели планировки некрополей ранних кочевников Степи - как чисто аристократических, так и образующих особый элитарный участок. Обычно это цепочка курганов. В европейской Степи чисто аристократические могильники находились рядом с поселениями земледельческих народов, в Центральной Азии - у небольших речек и в зоне высокогорных пастбищ. Для завершения комплектования таких элитарных курганных кладбищ была важна магия священных чисел: 3, 5, 7, 12. Анализируются разные модели элитного участка родового некрополя: две параллельных цепочки, восточная из которых состоит из больших курганов; размещение больших курганов на внизу холма, ближе к ручью; в центре цепочки; цепочка больших курганов образует ось, вокруг которой размещаются малые; большие курганов концентрируются на северном краю некрополя; большие курганы образуют редкую цепочку длиной до 10 км.
Статья посвящена изучению сабель и перекрестий т.н. «болгарского типа», найденных в последние годы в бассейне верхнего и среднего течения Днестра. Этот вопрос крайне актуален. Ведь до недавнего времени их находки происходили, в основном, с территории Болгарии. Однако полагаю, что эти сабли явно византийского происхождения. Дело в том, что особенности морфологии их перекрестий, технологичность и простота предметов позволяют сделать вывод об их массовом, причем стандартизированном производстве. Такие сабли изготавливали государственные мастерские. Полагаю, что сабли т.н. «болгарского типа» следует считать образцами византийского длинноклинкового оружия, известного под названием парамирий.
В статье публикуются материалы раскопок поселения Белое Юго-Восточное из культурных слоев Некрасовского селения 40-70-х гг. XVIII в. на правобережье Старой Кубани. Феномен поселений казаков-некрасовцев рассматривается в контексте церковного раскола, русской колонизации, усиления Российского государства с последующей ликвидацией угрозы на южных рубежах путем присоединения Прикубанья и Крыма. Анализируются стратиграфия памятника, немногочисленные хозяйственные ямы и погребение, массовый материал (керамика, кости животных), монеты и прочие находки. Аналогии им встречены повсеместно на территории южной, центральной, северной России, Урала и Сибири. Реконструируется этно-территориальная принадлежность населения, особенности хозяйства, быта, мясного потребления и денежного обращения. По состоянию исследованного участка поселка, наличию многочисленных пушечных ядер, а также по данным письменных источников устанавливаются обстоятельства и дата его гибели. Главным итогом статьи является определение узко датируемых материалов поселений казаков-некрасовцев в качестве реперных для датировки и изучения древностей позднего средневековья - нового времени в Приазовском и Причерноморском регионах.
За более чем вековой период исследований керамики Крыма поздневизантийского периода накоплен значительный объем разного рода информации, заслуживающий комплексного анализа, что и предлагается в настоящем историографическом исследовании. В истории изучения данной проблемы выделено 3 этапа. Работы первого из них (кон. XIX - перв. четв. XX вв.) основывались на предметах из музейных коллекций и случайных сборов, носили преимущественно описательный, искусствоведческий характер. Второй этап (втор. четв. - 70-е гг. XX в.) характеризуется увеличением масштабов раскопок средневековых памятников, интенсивным накоплением нового археологического материала, что стимулировало начало его более глубокого осмысления. В 50-70-е гг. XX в. увидели свет первые специальные труды по средневековой керамике Таврики. Однако, в силу различных причин разработка детальной хронологии и типологии находок кон. XIII-XV вв. оказалась невозможной. На третьем этапе, охватывающем два последних десятилетий XX - нач. XXI вв., количество и качество публикаций, касающихся керамики Таврики XIII-XV вв., значительно возросло. Введены в научный оборот итоги раскопок некоторых гончарных мастерских, а также иных объектов с узкими датами в промежутке от посл. трети XIII до третьей четв. XV в., предложены новые методологические подходы в работе с массовыми керамическими находками. Эти достижения позволили добиться ощутимого прогресса в различных направлениях керамологических исследований (детальной датировке, типологии, археометрическом изучении), а также подготовили базу для будущих обобщающих монографических трудов, насущность которых сейчас очевидна.
Античный Херсонес - византийский Херсон является уникальным памятником археологии. Его изучение позволяет проследить процесс трансформации античного полиса в средневековый город. Нас интересует Восточная площадь Херсонеса-Херсона. В течение всей истории поселения она имела культовое значение. В кон. IV-III вв. до н.э. здесь сформировался религиозный центр. Он состоял из двух храмов и был связан с почитанием местного божества Девы-Парфенос. В кон. IV в. н.э., после победы христианства, на этом месте возник христианский комплекс. Его центром была церковь - базилика св. ап. Петра. К ней были пристроены часовня и баптистерий. Позже на площади было сооружено еще несколько малых церквей. Культовый комплекс просуществовал до гибели города.
В 2011 г. Ялтинским историко-литературным музеем были проведены раскопки на вершине Ай-Петри. Они были подготовлены многолетним обследованием древностей этого района, в том числе сбором и изучением подъемного материала. Изучив найденные артефакты, прихожу к выводу, что на вершине Ай-Петри функционировал культовый комплекс. В его истории которого можно выделить два основных этапа его существования. Первый этап связан с функционированием на вершине горы святилища рубежа эр - первых веков н.э. Аналогичное по обряду двум святилищам южной части Горного Крыма «раннеримского» периода (Гурзуфскому Седлу и Эклизи-Буруну). Второй этап связан с христианским храмом, построенным, приблизительно в IX-X вв. и просуществовавшим до XIII в.
В «Древнеармянской Географии» (или «Ашхарацуйц»-е) последней, двенадцатой страной Европы упоминается Греция. Авторы источника описывают не только границы этой страны, а также ее территории при движении с севера на юг. Они уделяют большое внимание особенностям административно-территориального устройства ее земель. Наиболее подробно описаны области Ахайя и Аттика. Примечательно, что в «Древнеармянской Географии» практически не упоминается топоним Спарта, который заменен синонимами Лаконика и Илия. Мы находим это обстоятельство очень важным. Наше объяснение этого факта приведено и обосновано в этой статье.
В статье рассматривается история создания и боевые операции военно-морского флота Понта в период правления Митридата VI Евпатора. Автор кратко характеризует исследования своих предшественников и дает свою оценку роли военно-морского флота и морского фактора в истории Древнего мира, ссылаясь на свидетельства античных авторов. Отмечается особая важность этого рода войск в римско-понтийских войнах, обеспечившая длительность сопротивления Понта римской агрессии. Отдельно рассматриваются боевые действия пиратов в бассейне Средиземного моря и их контакты с царем Понта. В процессе исследования автор выделяет типы кораблей, приводимые в трудах античных авторов и памятниках эпиграфики, и дает им краткую характеристику, что позволяет сопоставить технические возможности понтийского и римского флотов. В заключении дается оценка планов войны на море враждующих сторон, их реализация и причины победы римского флота, располагавшего значительно меньшими силами.
В статье на основе анализа эпиграфических памятников, нарративных источников и археологических артефактов, рассматриваются вопросы присутствия в Северном Причерноморье в кон. III-V вв. н.э. военных контингентов Римской империи; моделируется участие римских вексилляций в боспоро-херсонесских войнах в Таврике; выясняются причины их формирования на основе частей охраны Дунайской границы; обосновывается гипотеза о дислокации в IV-V вв. н.э. в Херсонесе Таврическом мобильного артиллерийского легиона Balistarii Seniores. В условиях перманентных обострений военно-политической обстановки в регионе в кон. III-V вв. вексилляции I Италийского, II Геркулиева, XI Клавдиева легионов, подразделение equitum Dalmatarum, мобильный легион Balistarii Seniores надежно защитили Херсонес Таврический и обеспечили стратегические интересы Империи в Северном Причерноморье.
В статье исследуется второй этап римско-готской войны 377-382 гг., главным событием которого стала битва между армией императора Валента и готским войском Фритигерна возле Адрианополя во Фракии. В ходе активных боевых действий летом 378 г. римские полководцы неоднократно пытались изменить ход войны в свою пользу, и адрианопольское сражение стало самой крупной такой попыткой. Допустив в процессе подготовки к боям ряд важных тактических и стратегических просчетов, император Валент проиграл это сражение и сам погиб. Римская армия понесла огромные потери и оставила без защиты мирное население Балканского полуострова. Предводитель тервингов Фритигерн, проявив незаурядный военный талант в ходе битвы, перехватил стратегическую инициативу у римских полководцев, и вышел на ближние подступы к Константинополю. В целом весенне-летняя кампания 378 г. завершилась сокрушительным военным поражением Империи.
Статья посвящена проблеме размещения пограничных войск в позднеримской провинции Малая Армения - в источниках эти войска называли limitanei/λιμιτανέοι, но возникает вопрос, существовали ли они в действительности в позднеримской Малой Армении? Проблема состоит в том, что Notitia Dignitatum - главный источник по военной организации Малой Армении - по своим данным восходит либо ко второй половине III в. (на примере провинции Понт, непосредственно граничившей с Малой Арменией), либо в целом не позволяет определить, к какому времени относятся ее сведения. Тем не менее, целый комплекс агиографических текстов, повествующих о событиях в Малой Армении и Каппадокии на рубеже III-IV вв., не только подтверждают наличие подразделений limitanei/ λιμιτανέοι в Малой Армении, но и позволяют доказать, что эти подразделения представляли собой старые легионы эпохи Принципата (legio XV Apollinaris, legio XII Fulminatae в Малой Армении и legio I Pontica в провинции Понт), продолжавшие размещаться в этих регионах и в эпоху поздней Античности. Как ни странно, исследователи, занимавшиеся военной организацией Малой Армении (П. Бреннан, Э. Уилер), не обращались к этим агиографическим документам, ко всей их совокупности, автор же данной статьи подробно рассматривает и привлекает агиографические тексты, главным образом - «Страдание св. Евстратия и его сподвижников», что позволило ему прийти к новым выводам о военно-административной истории провинции Малая Армения в позднеримскую эпоху.
В статье верифицируется гипотеза катехизической функции Речи философа - текста в составе Повести временных лет. В сопоставлении с древней церковной практикой катехизации доказывается, что ее текст составлен по образцу литургического огласительного чтения (катехизиса для язычников). Вступительная часть «Чтения о житии и погублении блаженных страстотерпцев Бориса и Глеба», чье содержание перекликается с содержанием летописной Речи, и иные сведения говорят о том, что праздничным дням памяти древнерусских святых предшествовали в XI в. посты и богослужения, связанные с массовым оглашением. Направленность и содержательные акценты летописного текста позволяют предполагать, что ее автор и последующие редакторы ориентировались на аудиторию, находившуюся под влиянием еретического учения, близкого представлениям богомилов и павликиан. Противоиудейские аллюзии пророческого раздела Речи объясняются контаминацией древнерусскими полемистами приверженцев этой ереси с «жидовинами», что, вероятно, было вызвано специфическим кругом образов, мотивов и идей апокрифической иудейской литературы, воспринятым еретиками.
В современной историографии существует устойчивое мнение о последовательной миграции древних венгров с Южного Урала (Magna Hungaria - Великой Вегрии) в донские степи (Леведию) и Северное Причерноморье (Ателькузу). В данной статье рассматриваются сведения средневековых европейских авторов, касающиеся восточной прародины древних венгров-мадьяр. Проводится анализ этих данных с целью выяснить их соотношение с древнемадьярскими землями, упомянутыми Константином Багрянородным в трактате «Об управлении империей». Предпринята попытка выявления происхождения названий «Леведия» и «Ателькуза». Автор приходит к выводу о том, что обе группы источников подразумевают одну и ту же область расселения древних мадьяр - уральскую прародину.
Крымское нашествие на Москву летом 1591 г., оказавшееся последним в длительной истории двусторонних отношений, получило отражение наряду с летописными сочинениями в русской публицистике кануна Смутного времени и 1620-х гг. Упоминание (не отличающееся точностью) о неудачной попытке Гази-Гирея II овладеть российской столицей, восходящее к какому-то краткому летописцу, имеется в Хронографе второй редакции. В Повести о царе Федоре Ивановиче, написанной патриархом Иовом, и Временнике дьяка Ивана Тимофеева мы встречаем пространные рассказы, посвященные боям под Москвой между татарами и войском, фактическим главнокомандующим которого являлся Борис Годунов. Используя летописный источник (видимо, тот, который В. Н. Татищев назвал «Историей о разорении русском»), Иов тенденциозно изобразил правителя Бориса выдающимся полководцем и подчеркнул значение молитв о заступничестве, обращенных к Богу и Богородице «освятованным» царем Федором. Между прочим, победа, одержанная над крымцами у стен Москвы, под пером «смиренного» патриарха делала шурина бездетного государя его достойным наследником. Иван Тимофеев же, писавший по собственным воспоминаниям спустя два десятилетия, если не позднее, о быстром бегстве татар из окрестностей «царствующего града», представил Годунова (в том числе под впечатлением Серпуховского похода 1598 г.) «лжехрабрым» военачальником, а главную роль в разгроме хана отвел мольбам подобного святым самодержца, в конце жизни которого с Крымом установились мирные отношения.
В статье проанализирован контент караимского книжного собрания Бахчисарайского историко-культурного археологического музея-заповедника; прослежена история его формирования. Книги систематизированы по тематическому и хронологическому принципу. Среди них: редкие старопечатные издания (наиболее ранние из них датируются XVI в.), молитвенники (сиддуры), издания Ветхого Завета, образцы доктринальной и светской литературы, написанные на иврите, русском и караимском языках, и составлявших ранее имущество членов караимской общины Бахчисарая и «пещерного города» Чуфут-Кале. При работе над статьей также использовались труды отечественных и зарубежных специалистов по указанной теме, а также материалы, хранящиеся в Государственном архиве Республики Крым (г. Симферополь).
Наше исследование было проведено с целью изучения истории монетного дела Боспора периода правления Митридата VI Евпатора Диониса. Тогда в обращение поступили массовые серии высокохудожественно оформленных однотипных медных и бронзовых монет, с пространными надписями и различными монограммами. Но эти обозначения до сих пор не прочитаны. В итоге боспорские монеты до сих пор уверенно не атрибутируются. Это обстоятельство препятствует их использованию для освещения спорных моментов истории региона. Считая необходимым приблизить решение этой задачи, выносим на научное обсуждение наши прочтения этих монограмм, которые мы считаем возможным приписать Митридату Младшему, а также его помощникам - понтийским чиновникам. Исчезновение монограмм с драхм чекана Фанагории объясняем восстанием, поднятым его жителей против понтийских властей.
В статье вводится в научный оборот редкая находка - клад римских денариев, обнаруженный близ пгт Новая Ушица (Хмельницкая область, Украина). Кроме монет, никаких других древностей первых веков н.э. вместе с ними обнаружено не было. В комплексе представлены денарии I-III в. и одно подражание серебру Марка Аврелия. Большая часть подлинных монет была выпущена во втор. пол. II в. Типы всех найденных денариев характерны для официальной чеканки Рима. Немаловажно и то, что монеты не пробиты. Следовательно, они не использовались для составления украшений. Полагаем, что монеты из изученного клада служили платежными средствами. Полагаем, что они начали активно поступать в регион во втор. пол. II в. Объясняем это активизацией контактов местных жителей с Римом.
Объектом исследования стал редкий для Юго-Западного Крыма памятник - клад римских серебряных и билонных монет II-III вв. н.э. Он был обнаружен местными жителями близ с. Перевального. В настоящее время этот клад хранится в частной коллекции. В его состав входят денарии и антонинианы чекана Рима, Антиохии, Милана и Эмесы. Мы пришли к выводу, что монеты, найденные у с. Перевального, представляли собой сокровище, схороненное участником успешного набега на балканские провинции Римской империи. Оно могло произойти в 260-х гг. н.э. Мы судим по позднейшей монете. Вполне возможно, что клад был сокрыт близ поселения или святилища. Выносим результаты нашего исследования на научное обсуждение.
Объектом нашего изучения стал уникальный раннесредневековый памятник - бронзовый штамп для чеканки лицевой стороны солида Юстиниана I. Он был найден на рубеже 1920-х гг. в западноказахстанских степях, близ станицы Астраханской Уральской губ. В настоящее время этот артефакт хранился в Саратовском областном музее краеведения. Полагаем, что заинтересовавший нас бронзовый штемпель использовался для производства варварских реплик солида Юстиниана I. Они предназначались для насыщения местного обращения, усвоившего византийские монеты как платежные средства в период существования Великого шелкового пути. Выносим результаты нашего изучения этого артефакта на научное обсуждение.
В седьмом выпуске журнала «Материалы по археологии и истории античного и средневекового Крыма» представлена статья Тедо Дундуа и Эмиля Авдалиани “Coin as a Means of Propaganda (According to Georgian Numismatics)”. В данном выпуске следует её продолжение. Во всем мире монеты способствовали обмену товаров. Ими пользовались и как средством пропаганды. Грузия не являлась исключением. Это видно на примере следующих монетных групп: грузинских кредитных денег XII в. - 20-е годы XIII в., монет грузинских царей в XIII-XIV вв., западно-грузинских монет XIII-XV вв., а также монет грузинских царей в XVIII в. Выносим результаты нашего исследования на научное обсуждение.
Some “Oriental” impact on a very early recension of the Slavonic translation of the five Pauline epistles is demonstrated. The most natural interpretation of this fact is that the Greek originals used for the Slavonic translation were those widespread outside the borders of the ninth-century Byzantine Empire. Moreover, there are some traces of additional editing of the translations from Greek against some Syriac version(s), in the same manner as in roughly contemporaneous Melkite translations of the New Testament from Greek into Arabic. Both I (“Ancient”) and II (“Preslav”) recensions share the above features that, therefore, are to go back to their common archetype, that is, an even more “ancient” recension. Only the earliest Ethiopic version (EthGr) shows an affinity with the Slavonic material comparable to that of the Syriac material. This fact must be interpreted as an affinity of the early Slavonic version with Greek recensions that were circulating before the seventh-century Arab invasion. The quantitative method proposed in this paper is dedicated to comparison of two competing hypotheses concerning the textual flow of a highly contaminated tradition. The method has the following preconditions and limitations: (1) the total number of possible hypotheses must be previously reduced to two: that a specific source of contamination existed or not; (2) in the present (simplest) modification of the method, the hypothesis about the presence of a discussed source of contamination must additionally imply a high value of the signal-to-noise ratio (> 0.5), that is, that this hypothetical source, if it actually existed, was the major source of contaminations of a specific kind (defined above as “perturbations”).
Анализируется концепция развития византийско-русского пограничья в Крыму и на Тамани в эпоху Македонской и Комниновской династий, предложенная Андреем Слядзем. Отмечаются достижения автора, дискуссионность отдельных положений, в частности, деградации Херсона в XI-XII вв., идентификации Хазарии как восточной части Крыма, приазовской Рóсии как обозначения всей Руси и др. Указываются упущения в использовании источников, в частности, «Истории» Михаила Атталиата, продолжателя Иоанна Скилицы, сочинений Иоанна Мавропа, Никифора Урана и др. Обращается внимание на забвение последних западных публикаций по проблеме, а именно: Флорина Курты, Моники Уайт, Кристиана Раффеншпергера, Мартина Дымника, Федира Андрощука и др.
Рассматриваются материалы Международного коллоквиума по древнерусской и византийской сфрагистике, в которых вводятся в научный оборот данные новых источников. Том состоит из четырех частей: «Византийские печати: публикации», «Византийские печати и мир вокруг», «Печати Руси», «Поствизантийские печати». Исследователи анализируют новые сфрагистические находки Крыма, Тамани, императорские печати Южной Руси, Болгарии и Сицилии. Привлекаются и памятники древнерусской сфрагистики. Материал источников позволяет уточнить реконструкцию прошлого ряда регионов «Византийского содружества», проследить за их связями, добавить новые штрихи к просопографии и ономастике, истории языка и Церкви византийского мира. Анализируются также символический контекст и значение изображений на печатях, влияние и рецепция византийских образцов в Восточной Европе, греческие печати раннего Нового времени.
В книге В. В. Хапаева рассматриваются основные проблемы истории византийского Херсона на рубеже Х-XI вв. Особое внимание отводится Корсунскому походу князя Владимира, а также проблеме причин, масштаба и хронологии разрушений в городе. Автор приходит к выводу, что слой разрушений вызван мощным землетрясением, которое произошло в начале XI в. Катастрофа сопровождалась повреждением стен и куртин, большей части базилик и раннесредневековых жилых усадеб. Исследователь реконструирует сейсмическую историю Крыма, приводит сводку достоверных данных о крымских землетрясениях и развенчивает ряд историографических стереотипов о них. Проанализировано экономическое и военно-политическое положение Херсона и фемы во втор. пол. Х - перв. пол. XI вв.
В статье рассмотрены дискуссионные вопросы истории и археологии византийского города Херсона втор. пол. Х - перв. пол. XI в. Автор полемизирует с рецензией А. А. Роменского на монографию «Византийский Херсон на рубеже тысячелетий». Сделан вывод о необходимости продолжения дискуссии по следующим вопросам. 1) Трактовка сведений древнерусских письменных источников об истории Херсона. 2) Время и обстоятельства предоставления императору Константину VII документов «Херсонского досье». 3) Точная датировка разрушения Херсона в нач. XI в. 4) Возможность контактов кн. Владимира и мятежного византийского полководца Варды Склира. 5) Численность войска Владимира во время русско-византийской войны 987-988 гг. 6) Историческая трактовка событий так называемого Восстания Георгия Цулы 1016 г.